самые сильные силы - Самые сильные силы гл.9

Самые сильные силы гл.9

      

Последний по времени случай в жизни Домникова, когда его душу наполнял знакомый приятный холодок, и он ощущал дрожь в руках, что и в предыдущих событиях, был его первый опыт торговли акциями на бирже. Этот последний случай оставил похожие ощущения, когда Филипп в течение пяти минут утром после открытия биржи на сохраненную позицию с прошедшего дня заработал более десяти тысяч долларов или более двадцати процентов от собственного депозита у брокера. Филипп спешно закрыл прибыльную сделку, и в этот момент его руки охватила дрожь, а душу наполнил тот самый знакомый приятный холодок. Сильнее всего Филиппа трясло в течение нескольких секунд, пока он ожидал появления на мониторе компьютера уведомление, что его выгодная сделка исполнена. Филипп в полной мере осознал, что может пойти немедленно к брокеру и забрать внезапно свалившуюся ему на счет сумму. Тогда Домников от эйфории не только ног под собой не чувствовал, но и мысли его улетели высоко. Филипп благодарил Бога, что тот открыл ему возможность зарабатывать деньги одним нажатием кнопки компьютерной мышки. Подобные движения цен акций происходили ежедневно, а значит, теоретически можно было зарабатывать тысячи процентов от депозита за год. Однако сомнения его не покидали. Домников оправданно не верил, что миллионы людей на бирже хуже его, новичка, разбираются в торговле акциями, и понимал, что вероятнее всего, его успех носил случайный характер. С другой стороны, Филипп не видел, почему нельзя научиться угадывать направление движения цены. Все колебания цен на акции обусловлены новостями, но узнать первым новость невозможно, поэтому перед важными новостями лучше находиться в деньгах, рассудил он, чему учили его и многочисленные учебники. Можно было бы по графикам цен предугадать какую-то ожидаемую новость, ибо у любой новости есть первый посвященный, который обязательно проявится на графиках перед объявлением этой новости, но это рискованно.

Однажды Домников решил повторить свой успех при открытии биржи и на растущем рынке на весь депозит с кредитом брокера накупил акций и оставил позицию на утро, ожидая продолжения роста и утреннего скачка цен вверх. Филипп невольно мысленно начал планировать, куда он потратит предполагаемую прибыль, и на первом месте в этом плане стояло заурядное желание пригласить друзей в сауну, купить им и себе элитных проституток часов на пять, с дорогим алкоголем и закуской. От одних подобных планов душу Филиппа вновь наполнил приятный холодок. Ночью Домникову приснился сон, где он попал в наводнение. Все меньше и меньше оставалось суши, где он мог спрятаться от воды. Вода все наступала и поднималась выше. Со страхом и паникой Филипп запрыгнул на последний островок площадью не больше квадратного метра. Вдруг вода остановилась. Филипп успокоился, свернулся калачиком и задремал на этом крохотном клочке земли. Когда Филипп очнулся на островке суши, то увидел, что вода ушла, и он оказался на пике высокой горы, спуститься с которой он не мог из-за большой высоты. Гора оказалась отвесной и очень высокой. С высоты этого пика Филипп едва видел землю через облака внизу. Филипп понял, что если он прыгнет или начнет медленно спускаться по отвесному склону, то неминуемо разобьется. От ужасной безысходности Домников проснулся. Утреннее открытие биржи было обвальным. Все акции рухнули в цене на три — пять процентов, а к вечеру падение достигло десяти процентов. Часто большое падение продолжается не один день, а это значит, что брокер потребует вернуть кредит и нужно будет зафиксировать двойной убыток. Так и случилось. Филипп через два дня получил сообщение о недостатке средств на счете и был вынужден зафиксировать огромную для него потерю денежных средств. Весь день Филипп чувствовал себя подавленным. Он пытался найти истинную причину обвала. Аналитики объясняли падение рынков разными причинами. Тогда до Филиппа дошло, что новости есть ожидаемые и есть новости неожиданные и никем не анонсируемые. К первым относятся отчеты крупных компаний и еженедельные показатели американской экономики. К неожиданным новостям относились информационные бюллетени рейтинговых агентств и никогда не объявляемые наперед интервенции главных валют на межбанковском рынке с участием центральных государственных банков. Неожиданные новости были как гром среди ясного неба. Это всегда значительно понижало или поднимало основные валюты, а те в свою очередь неожиданно резко опускали или поднимали фондовые и товарные рынки. Филипп вынужден был признать, что и при очень большом опыте крупные потери неизбежны. Ему опять стало грустно от того, что не может быть больших легких и регулярных заработков. Можно не рисковать, но тогда заработки становились заурядными. Заработать в год от десяти до тридцати процентов не казалось Филиппу заработком исключительным. Только брокеры и финансовые компании регулярно стабильно зарабатывали на обслуживании чужих денег, потеря которых ничем существенным им не грозила, невзирая на то — обвалится рынок или взлетит до небес. В конце концов, Филипп оказался соучредителем маленькой финансовой компании. Теперь он знал по себе, что каждый собственник банка или финансовой компании, как только получал в свое распоряжение деньги наивного инвестора, сначала думал о том, как эти деньги не вернуть. В лучшем случае для инвестора собственник банка или финансовой компании думал, как занизить заработанную прибыль на деньги инвестора или оставить всю себе. Все это можно было сделать по формальным признакам на законном основании. Чуть позже один пожилой биржевик ему сказал: «Молодой трейдер всегда проиграет, потому что против него играют его собственные полные яйца, а выигрывать может только тот, у кого яйца пустые. Другими словами — деньги всегда приходят тому, кому они уже не нужны, кто уже устал от жизни».

Ожидание большого заработка после одного нажатия кнопки компьютера, который, прежде всего, хотелось потратить на лучших проституток, попытка соблазнить подругу жены тотчас после свадьбы, кража денег у родной тети и прикосновения к интимным местам девочки-ровесницы в детском саду — все это заставляло Филиппа испытывать одинаковую дрожь в руках и приятный холодок в груди. Это сходство чувств говорило ему, что все эти события в жизни близки по неприличности, но безумно сладостны по ощущениям и потому неимоверно сильны. «Неужели все неприлично, что безумно сладостно по ощущениям? Почему все это мы не можем делать открыто? Что это за силы, сидящие в нас и заставляющие нас вести себя именно неприлично, и какая цель у этих сил?» — спрашивал который раз себя Филипп.